Главная / Статьи

Почему не появился второй номер пражского «Логоса»? (По м атериалам архива Б. В . Яковенко)

15.12.2010

Как известно, русское издание «Логоса» — международного ежегодника по философии культуры — было прекращено в 1914 г. На то были разные причины, среди которых следует назвать и малый спрос на журнал у русской публики 1, и, главное,начавшуюся Первую мировую войну, буквально «обезглавившую» журнал. С. И. Гессен и Э. К. Метнер, находившиеся в Германии к началу войны, были интернированы немецкими властями. Ф. А. Степуна мобилизовали в армию; Б. В. Яковенко еще в 1913 г.

под давлением русской полиции покинул страну, поселившись в Италии. После Октябрьской революции уже вся русская редакция «Логоса» оказывается за границей и с 1923 г. начинает работу по воссозданию журнала, первый номер которого увидел свет в Праге в 1925 г. Увы, он был единственным!

Сразу оговоримся, что данная статья представляет собой всего лишь попытку реконструкции событий, связанных с изданием пражского «Логоса». Автор ни в коем случае не претендует на полноту охвата материала и тем более на фундаментальность описания, хотя, возможно, в будущем будет предпринято дополнительное исследование с привлечением более широкой базы источников и материалов. Предстоит изучить материалы, хранящиеся в архиве С. И. Гессена в Варшаве (библиотека Института философии и социологии). Надеемся, что удастся уточнить обстоятельства, связанные с сокращением так называемой «Русской акции» в Чехословакии и судьбой издательства «Пламя». Статья написана по материалам архива Б. В. Яковенко в Праге, где хранятся не вошедшие в певый выпуск «Логоса» статьи и рецензии, которые Б. В. Яковенко предполагал включить во второй номер журнала. Изучение писем С. И. Гессена и Ф. А. Степуна к Б. В. Яковенко дает возможность реконструировать события, связанные с возобновлением «Логоса» в Праге и понять обстоятельства подготовки как первого, так и второго номера русского «Логоса», причины задержки набора второй книги журнала, а затем и прекращения его издания.

Обнаруженные в архиве материалы свидетельствуют о том, что второй русский выпуск международного философского журнала был подготовлен к печати и мог появиться на свет, но ряд обстоятельств этому помешал. Русский «Логос» должен был выпускаться издательством «Пламя» в Праге. Директором издательства был Евгений Александрович Ляцкий, известный в России литературный критик и издатель писем В. Г. Белинского и Н. Г. Чернышевского,
а в эмиграции — первый профессор русского языка и литературы Карлова университета в Праге. Издательство было создано 3 марта 1923 г., когда состоялось заседание Легиобанка и представителей издательства «Наша речь». «Пламя» купило «Нашу речь» и ее книжный магазин и стало их преемником.

Следует иметь в виду, что переезд семьи Яковенко в Чехословакию, в Марианские Лазне — Мариенбад, был связан и с надеждами на возобновление русского «Логоса». Этот переезд состоялся, судя по переписке, в конце 1924 г. В начале января 1925 г. все члены семьи получили виды на жительство в Чехословакии. Б. В. Яковенко жил в г. Марианске Лазне и бывал в Праге редко. Все дела, связанные с изданием «Логоса», вел С. И. Гессен, который жил под Прагой. Ф. А. Степун находился в Германии.

В архиве Б. В. Яковенко сохранились письма С. И. Гессена, который, имея опыт редактора педагогического журнала (он был редактором известной «Русской школы за рубежом»), взял на себя всю тяжесть переговоров с руководителями издательства «Пламя» в Праге. Договор с издательством предусматривал издание двух выпусков журнала в год с перерывом в полгода, причем объем одного номера не должен был превышать 10 п. л. Однако предложенные материалы превышали 15 листов, и С. И. Гессен уговорил Е. А. Ляцкого взять в номер 12 листов.

Приведем фразу из письма С. И. Гессена Б. В. Яковенко о договоре с «Пламенем». С. И. Гессен сообщает, что ведет переговоры со Слонимом 2, входившим в Совет издательства «Пламя», который передал ему условия договора с издательством.: «…с “Пламенем” все уладилось как нельзя лучше. Совет издательства окончательно и официально принял “Логос”. В этом же письме С. И. Гессен сообщает Б. В. Яковенко условия договора, согласованные со Слонимом. В письмо, отосланное в Рим к Яковенко, было вложено официальное сообщение, подтверждающее согласие с условиями до-
говора, которое должны были подписать С. И. Гессен и Б. В. Яковенко как редакторы «Логоса». На какой срок действует договор, осталось неясным…

Состав первого номера «Логоса» был фактически подготовлен Б. В. Яковенко. Роль Ф. А. Степуна — как следует из его писем — была номинальной. В качестве причины своего неучастия Ф. А. Степун указывает на то, что «…“Логос” находился между жизнью и смертью». Правда, в своем письме Б. В. Яковенко от 10 декабря 1924 г. Ф. А. Степун сообщает о своей работе для журнала: «Во втором номере Логоса Бердяев пойдет безусловно, статью же о структуре философской объективности придется, вероятно, отложить на третий. Сейчас читаю для нее Ясперса, Дильтея,
Вебера и др.». С. И. Гессен посылал корректуры Б. В. Яковенко. Тот возвращал их с многочисленными исправлениями и авторскими дополнениями, что противоречило жесткой договоренности с издательством. Компромисс приходилось искать
С. И. Гессену. В 1925 г. удалось издать первый выпуск «Логоса». При этом возобновление русского «Логоса» было скоординировано с Р. Кронером, которого посетил С. И. Гессен. В первом выпуске сообщалось о выходе и содержании немецкого и итальянского изданий «Логоса».

Издательство «Пламя» в Праге работало до 1926 г. В 1926 г. его деятельность была прекращена, и предприятие находилось в процессе ликвидации. Изучение материалов архива позволяет сделать вывод, что главной причиной прекращения пражского «Логоса» было сокращение, а затем и прекращение финансовой поддержки издательской
деятельности «Пламени» со стороны правительства Чехословакии. Не только «Логос», но и другие журналы (например, журнал «Русская школа за рубежом») и книги издавались при финансовой поддержке Министерства иностранных
дел Чехословакии. Быть или не быть «Логосу», зависело от специального Комитета,который принимал решение о финансовой поддержке издания. Необходимо было получать субсидию Министерства иностранных дел Чехословакии.
В главе, посвященной издательству «Пламя» в сборнике «Русские в Праге», изданном в 1928 г., сказано: «Неблагоприятное положение зарубежного русского книжного рынка и те затруднения, которые встретили книги “Пламени” на пути в Советскую Россию, поставили “Пламя” в 1926 г. в необходимость приступить к сокращению, а затем и к приостановке издательской деятельности по выпуску русских книг. В настоящее время “Пламя” впредь до лучших времен новых книг не выпускает, ограничивая свою деятельность оптово‑розничной продажей русских книг, зарубежных изданий, советских и довоенных (антикварных)» (Русские в Праге.— Прага,1928.— С. 196–197).

Роковое значение для «Логоса» приобрели внутриредакционные разногласия. Они привели к тому, что подготовленные Б. В. Яковенко для печати статьи и рецензии не были сразу же переданы издательству, что вызвало недовольство последнего. Анализ имеющихся в архиве писем показывает, что столкнулись два взгляда, два подхода к «Логосу». Возобновляя «Логос» и определяя состав выпусков, Б. В. Яковенко исходил из первоначального замысла и ориентации журнала. С. И. Гессен и Ф. А. Степун справедливо отмечали, что в изменившихся условиях следует изменить цели и задачи русского издания.

Одной из главных целей прежнего «Логоса», выходившего в 1910–1914 гг. в России стало ознакомление русского читателя с достижениями зарубежной философской мысли, с последними новинками зарубежной философии, в первую очередь — немецкой. Теперь же ситуация кардинально изменилась. Рассчитывать на широкое распространение журнала в Советском Союзе не приходилось. Принималась во внимание потеря прежней аудитории, прежнего читателя. Читатели- эмигранты, интересующиеся развитием зарубежной философии, могли сами по оригиналам следить за новыми
философскими публикациями.

В письмах С. И. Гессена и Ф. А. Степуна как первый номер «Логоса» в целом, так и статья Б. В. Яковенко «Мощь философии» были подвергнуты критике. В письме из Дрездена от 26 сентября 1925 г. Ф. А. Степун пишет: «…должен сказать, что не понравилась мне Ваша статья («Мощь философии».— А. Ш.) свой суммарностью, приблизительностью и чрезмерною общностью. Мне представляется, что такого типа статьи не своевременны… (философия жаждет сейчас конкретности, а не программности).

С точки зрения наших специальных логосовских задач мне также представляется неверною взятая Вами тональность. Не кажется ли Вам, что в Вашу последнюю статью проникла стилистика наших “исторических” супротивноков?.. Мне кажется, что 1№ Логоса неудачен с точки зрения редакторской режиссуры».

Такого же рода критика была высказана и С. И. Гессеном, который писал о стиле Б. В. Яковенко: «Что касается того, что Ваша философия есть только исповедание веры,— я стою на этом. Раньше в систематических (не исторических) Ваших статьях преобладало всегда тоже исповедание над доказательствами. Поэтому стиль Вашей философии тот же, что у Бердяева».Редакторы «Логоса» возражали и против предложенного Б. В. Яковенко состава второго номера. Перед нами письмо С. И. Гессена от 24 июня 1925 г. В нем он пишет Б. В. Яковенко: «Что касается «Логоса», то я считаю, что нам надо хорошенько обсудить 2‑й №. Ваш план мне решительно не нравится. Да и спеху большого нет». Б. В. Яковенко, который крайне нуждался в деньгах и рассчитывал на деньги за «Логос», предлагал форсировать издание второго выпуска, используя все, что осталось от первого выпуска и подготовленные им материалы. В портфеле «Логоса» были
статьи — Н. Гартмана, А. Тильгера 3, А. Белого, В. Шкраха 4, М. Шварца и рецензии.

В архиве сохранились материалы для издания второй книги пражского «логоса»: статья Н. Гартмана «Как вообще возможна критическая онтология?», статья А. Тильгера «Искусство, как своеобразие», продолжение статьи В. Шкраха «Масарик и позитивизм», рецензии А. Койре и В. Сеземана на книги А. Бергсона, Э. Жильсона и М. Шелера…
Пока готовились материалы для второго номера, обстоятельства жизни «Пламени» были, по- видимому, нормальными. Почти в каждом письме С. И. Гессена, посланном Б. В. Яковенко в 1926 г.,— обнадеживающие известия о «Логосе». В письме от 13.02.1926 он пишет: «Относительно “Логоса” могу сказать, что, по- видимому, он устроен». Например, письмо от 31 мая 1926 г., в котором С. И. Гессен сообщает Б. В. Яковенко: «Сегодня мне Гайный 5 сказал, что “Логос” не только принят “Пламенем”, но что “Пламя” хотело бы поскорее издать его, т. к. председатель комиссии М- ва ин. дел, д- р Макса 6, два раза передал Гайному, что “Логос” — лучшее, что “Пламя” до сих пор издало, и продолжение “Логоса” — вещь совершенно необходимая».

Однако возражения против предложенного содержания второго номера оставались. С. И. Гессен, ссылаясь на мнение Ф. А. Степуна, писал: «Я продолжаю решительно настаивать на отложении статей: Гартмана, Белого, Шкраха, Шварца и др… Сейчас, когда «Логос» единственное философское издание на русском языке, мы обязаны предоставить его страницы для оригинальных статей русских авторов, а не переводов».

«96 страниц переводов из 176, т. е. больше половины (как Вы предлагаете)… ни я,ни Степун на это никогда не согласимся… Макса прямо мне сказал: Логос они поддерживают потому, что это определенное философское направление в русской философии. А вместо русских авторов мы печатаем иностранцев» (Письмо от 29 июля 1926 г.). Только в августе 1926 г. С. И. Гессен согласился с предложенным Б. В. Яковенко вариантом: «При таких условиях я, скрепя сердце, соглашаюсь на Ваше содержание №: Гартман,Яковенко, Гессен, Степун, Гурвич, Чижевский. Ставлю только в очередь Ландау, если чья- нибудь статья (моя или Степуна) не состоится» (Письмо от 16 августа 1926 г.).

Еще в письме от 29 июля 1926 г. С. И. Гессен смотрит на перспективу издания второй книги «Логоса» оптимистически и успокаивает Б. В. Яковенко. Но… отсрочка оказалась роковой, т. к. в 1926 г. пражское издательство «Пламя» фактически прекратило свою издательскую деятельность. Последнее упоминание о «Логосе» мы находим в письме С. И. Гессена в письме к Б. В. Яковенко от 18 января 1928 г., в котором он пишет: «О “Логосе” сейчас не может быть и речи». Часть рукописей из портфеля «Логоса» была возвращена авторам. Например, Д. И. Чижевскому возвратили его статью «Гегель и Французская революция». В письмах встречаются указания на то, что рукописи второго номера «Логоса» были переданы в Берлин, в издательство Ладыжникова, которое в 1918 г. было приобретено Б. Н. Рубинштейном, но до конца своей деятельности сохраняло старое название. Там след рукописей теряется…
Б. В. Яковенко, мечтая о русском философском журнале и об издательстве, которое содействовало бы свободному философскому творчеству находящихся за границей философов, в письме к А. Т. Павлову 7 от 20.11.1933 все- таки написал: «Логоса возобновлять нет смысла».

Надеемся, что наша статья поможет пониманию судьбы второго номера пражского русского «Логоса», даст толчок к анализу более глубоких причин — тех изменившихся объективных исторических условий, которые обрекли возобновленный русский «Логос» на неудачу и предопределили его печальную участь.

Относится к автору:  Шитов А. М.
Относится к статье:  Журнал "Логос" и его место в русской философской и культурной жизни начала ХХ века
Относится к журналу:  Логос. Международный ежегодник по философии культуры

Возврат к списку

 
НАВЕРХ               ©РХГА, 2009-2017